Не утихают страсти вокруг скандала в Анапе, где сотрудники полиции были задержаны по подозрению в принуждении к сексу юной титулованной волейболистки. Подозреваемые стражи порядка за решёткой, начальник ППСников отстранён. Их защитники утверждают, что ничего не было, а спортивное сообщество пока хранит молчание. Однако нам на условиях анонимности удалось пообщаться с другой спортсменкой, которая наблюдала за поведением пострадавшей в роковую ночь.
- В Анапе со среды по воскресенье проходил финал Чемпионата России по пляжному волейболу. Там были все лучшие пары.
- Да. Всего сборниц три пары, она в одной из них. Лично я с ней не знакома, но знаю, что она хорошо играет. Знаю девчонок из её клуба, в финале просто пары представляют клубы и я их всех там видела.
- Да, была. Собственно главный повод был — финал игр. Марина была довольна результатами, они с напарницей праздновать начали задолго до того, как пришли в бар. Что касается вечеринки, то организованного торжества, как такового не было. Все отдыхали в своих компаниях.
- Там есть место, набережная, которая называется Паралия. Там много заведений разных, набережная в общем вся жизнь там. Я со своей компанией покушала в ресторане и пришла в этот бар, потому что он популярный.
- Обе очень весёлые. Что они пили в баре, я не видела. Они заняли столик в самом центре у танцпола. Марина периодически ходила по бару, общалась с другими девчонками.
- Я её постоянно видела до 2 часов, потом она пропала, а уже где-то в 3-4 вернулась. Мне сказали, что она выходила с местным каким-то парнем, не спортсменом.
Friday, August 30, 2019
Thursday, August 22, 2019
Пушков напомнил, что Зеленский не имеет к G7 никакого отношения
Российский сенатор Алексей Пушков прокомментировал заявление президента Украины Владимира Зеленского. Ранее украинский лидер предложил России "обменять" Крым на место в G8.
По словам Пушкова, когда условия для участия России в "Большой восьмерке" выставляют лидеры "cемерки", то это негодная политика. Но еогда это делает Владимир Зеленский, которые не имеет к G7 никакого отношения, то это "комичная политика".
"Его кто-то уполномочил говорить от имени G7?", - отметил член Совфеда в своем Twitter. Пушков добавил, что пора бы Зеленскому понять "подлинный вес Украины в мировых делах".
Также сенатор отметил, что попытки выставить России условия для возвращения в G8 неправомерны по определению. Он добавил, что выставление условий России - плохая политика.
Российский государственный символ заметили на главной площади города над зданием Народного совета республики. Реакции от официальных лиц по этому поводу пока не было.
По информации издания, таким образом в ДНР могли отметить День государственного флага России 22 августа.
На Украине также существует официальный праздник в честь государственного флага, который отмечается 23 августа, накануне Дня независимости.
20 августа стало известно, что Служба безопасности Украины (СБУ) предотвратила серию терактов во время праздничных мероприятий в Сумской области. Радикально настроенная молодежная группировка готовила атаку в том числе и на концерте студии "Квартал 95", одним из основателей которой является президент республики Владимир Зеленский.
По словам Пушкова, когда условия для участия России в "Большой восьмерке" выставляют лидеры "cемерки", то это негодная политика. Но еогда это делает Владимир Зеленский, которые не имеет к G7 никакого отношения, то это "комичная политика".
"Его кто-то уполномочил говорить от имени G7?", - отметил член Совфеда в своем Twitter. Пушков добавил, что пора бы Зеленскому понять "подлинный вес Украины в мировых делах".
Также сенатор отметил, что попытки выставить России условия для возвращения в G8 неправомерны по определению. Он добавил, что выставление условий России - плохая политика.
Российский государственный символ заметили на главной площади города над зданием Народного совета республики. Реакции от официальных лиц по этому поводу пока не было.
По информации издания, таким образом в ДНР могли отметить День государственного флага России 22 августа.
На Украине также существует официальный праздник в честь государственного флага, который отмечается 23 августа, накануне Дня независимости.
20 августа стало известно, что Служба безопасности Украины (СБУ) предотвратила серию терактов во время праздничных мероприятий в Сумской области. Радикально настроенная молодежная группировка готовила атаку в том числе и на концерте студии "Квартал 95", одним из основателей которой является президент республики Владимир Зеленский.
Friday, August 16, 2019
"Никто ничего не украл". Адвокаты по делу Серебренникова обрадовались итогам экспертизы
В Мещанском суде Москвы были оглашены результаты финансово-экономической экспертизы по делу театрального режиссера Кирилла Серебренникова и его бывших коллег по театральному проекту "Платформа".
Комплексная экспертиза выявила, что реализация проектов, аналогичных проектам "Седьмой студии" за 2011-2014 годы, может быть оценена в 260 млн рублей, при том что государством была выделена меньшая сумма - 216 млн рублей.
"Это означает, что на деньги было сделано больше, и никто ничего не украл", - сказал адвокат Кирилла Серебренникова Дмитрий Харитонов.
"Эксперты высоко оценили проект. Было выделены 216 [миллионов] и еще спонсорские 40 миллионов. Но суд продолжается. Мы будем читать экспертизу. Мы довольны и счастливы. Естественно, никто ничего не украл", - сказала адвокат Ирина Поверинова. Она защищает интересы другой фигурантки дела "Седьмой студии" - директора Российского академического молодежного театра (РАМТ), а также бывшей сотрудницы министерства культуры Софьи Апфельбаум.
Экспертиза была назначена в апреле с целью выяснить, сколько в 2011-2014 годах "Седьмая студия" (управляющий орган "Платформы") получала бюджетных средств из минкульта России и сколько было потрачено на проекты "Платформы".
По версии следствия, художественный руководитель московского "Гоголь-центра" Кирилл Серебренников, бывший генеральный продюсер "Седьмой студии" Алексей Малобродский, экс-директор проекта Юрий Итин и бывшая сотрудница минкульта Софья Апфельбаум похитили 133 млн рублей, выделенных минкультом на реализацию проекта "Платформа".
Основным свидетелем обвинения является экс-бухгалтер проекта Нина Масляева. Она пошла на сделку со следствием и признала вину, из-за этого ее дело было выделено в отдельное уголовное дело.
На первом заседании по делу Масляевай судья вернула ее дело прокуратуре для более конкретного установления вины.
Суд счел, что следствию не удалось конкретизировать роль Масляевой в хищении.
Комплексная экспертиза выявила, что реализация проектов, аналогичных проектам "Седьмой студии" за 2011-2014 годы, может быть оценена в 260 млн рублей, при том что государством была выделена меньшая сумма - 216 млн рублей.
"Это означает, что на деньги было сделано больше, и никто ничего не украл", - сказал адвокат Кирилла Серебренникова Дмитрий Харитонов.
"Эксперты высоко оценили проект. Было выделены 216 [миллионов] и еще спонсорские 40 миллионов. Но суд продолжается. Мы будем читать экспертизу. Мы довольны и счастливы. Естественно, никто ничего не украл", - сказала адвокат Ирина Поверинова. Она защищает интересы другой фигурантки дела "Седьмой студии" - директора Российского академического молодежного театра (РАМТ), а также бывшей сотрудницы министерства культуры Софьи Апфельбаум.
Экспертиза была назначена в апреле с целью выяснить, сколько в 2011-2014 годах "Седьмая студия" (управляющий орган "Платформы") получала бюджетных средств из минкульта России и сколько было потрачено на проекты "Платформы".
По версии следствия, художественный руководитель московского "Гоголь-центра" Кирилл Серебренников, бывший генеральный продюсер "Седьмой студии" Алексей Малобродский, экс-директор проекта Юрий Итин и бывшая сотрудница минкульта Софья Апфельбаум похитили 133 млн рублей, выделенных минкультом на реализацию проекта "Платформа".
Основным свидетелем обвинения является экс-бухгалтер проекта Нина Масляева. Она пошла на сделку со следствием и признала вину, из-за этого ее дело было выделено в отдельное уголовное дело.
На первом заседании по делу Масляевай судья вернула ее дело прокуратуре для более конкретного установления вины.
Суд счел, что следствию не удалось конкретизировать роль Масляевой в хищении.
Wednesday, August 7, 2019
Во власти уверены: нынешнее уличное противостояние — только начало
Сомнифобия — боязнь спать. Ситофобия — боязнь приема пищи. Тетрафобия — боязнь числа четыре. Кумпунофобия - боязнь пуговиц. А вот я с недавних пор страдаю фобией, названия для которой, скорее всего, еще не придумано. Я страдаю субботофобией — боязнью дня недели, который в последнее время гарантировано означает превращение центра столицы в зону ожесточенных уличных схваток между протестующими и силовиками.
Предстоящая суббота 10 августа, возможно - именно возможно, а не гарантированно — принесет нам некоторую передышку: намеченные на этот день массовые акции протеста согласованы с мэрией. Но общий прогноз развития моей фобии, судя по моим беседам с высокопоставленными российскими чиновниками, может носить только отрицательный характер. Во власти уверены: тот размах уличного противостояния, что мы видим сейчас — это только начало.
«Россия вступила в зону неизбежной политической турбулентности, - сказал мне один из самых видных соратников Владимира Путина. - Судя по митингу 27 июля, они осознанно отрабатывают уличные технологии. Они не заинтересованы в содержательном разговоре. Они осознанно готовятся к 2021 (момент новых выборов в Государственную Думу) и 2024 годам».
Как власть намерена реагировать на эту «осознанную отработку технологий уличной политической борьбы»? Примерно так же, как она это уже делает.
«Если власть будет принимать решения, исходя из степени громкости крика на улицах, это конец, - продолжил разговор мой уже упомянутый собеседник.- Не даю бог, мы прогнемся! Лучше сейчас вступить в этот конфликт, чем сделать это потом по какой-нибудь другой теме.
Да, конечно, во время недавнего общественного конфликта в Екатеринбурге власть не принимала таких жестких мер. Но на старте этого екатеринбургского конфликта власть была не сильно права и нашла в себе силы исправить свои ошибки. В Москве ситуация принципиально иная. Не допущенных к выборам кандидатов в депутаты Московской городской Думы невозможно зарегистрировать, не нарушая при этом закон».
Кто на самом деле «не сильно прав» в ситуации в Москве? Возможно, когда-нибудь обществу будет представлен исчерпывающий и абсолютно убедительный для него ответ на этот вопрос. Но вот чего я боюсь больше всего: к тому моменту, когда нечто подобное произойдет, эта убедительная для всех правда уже будет никому не нужна. Политические процессы имеют свойство развиваться либо очень медленно, либо очень быстро. Летом 2019 года мы столкнулись именно со вторым вариантом. Вариантом, суть которого сводится к тому, что в информационном плане условная команда Навального сумела с весьма солидным перевесом переиграть власть. Если бы на месте этой команды Навального была бы, допустим, команда Явлинского, этот выигрыш значил бы не очень много. Типичный российский оппозиционер — это человек, который может очень долго, красиво и убедительно о чем-то вещать, но который при этом абсолютно беспомощен в плане практической борьбы за власть.
Типичность этой картины убаюкала путинскую вертикаль, заставила ее потерять бдительность. Власть совершенно упустила из вида, что в плане практической политической борьбы условный Навальный не имеет с условным Явлинским ничего общего. Команду Навального можно много в чем обвинять — но только не в отсутствии политической безжалостности и в неумении изо всех сил ударить по уязвимому флангу противника.
Команду Навального нельзя недооценивать, к ней крайне опасно поворачиваться спиной. Путинская вертикаль это сделала — и сразу же получила по полной программе. Несистемная оппозиция сумела убедить серьезную часть общества в том, что ее под надуманным предлогом лишили элементарных политических прав. Несистемная оппозиция сумела сломать очень важное общественное табу: участие в несанкционированных уличных акциях протеста стало восприниматься многими как нечто социально приемлемое и даже необходимое.
Значение этого факта в десятки раз превосходит значение того, кто в конечном итоге займет кресла в новом составе столичного городского парламента. Фактически речь идет о смене всей логики политической борьбы в России. Значение выборов как инструмента борьбы за власть снижается. Значение уличного противостояния как того же самого инструмента, напротив, резко повышается. Если эта тенденция не будет вовремя остановлена, то в горизонте нескольких лет при условии резкого ухудшения экономической ситуации и политических ошибок со стороны власти мы можем вернуться в темные времена начала 90-х, кульминацией которых стал кровавый октябрь 1993 года.
Это, конечно, крайний сценарий, который, к счастью, вряд ли осуществится. Но даже то, что происходит сейчас, вызывает самое серьезное беспокойство. Если схватки на улицах между силовиками и протестующими станут нормой и обыденной чертой нашей действительности, то нормой станет и взаимное общественное ожесточение. Общество как единое целое перестанет существовать. Общество распадется на «мы» и «они». И это уже совсем не теоретический прогноз, который может либо осуществиться, либо не осуществиться. Все эти процессы уже запущены — вспомним хотя бы юного блогера, призвавшего в целях «торжества демократии» к нападениям на детей сотрудников силовых структур.
Конечно, волна силовой уличной политической активности может сама собой схлынуть - выдохнуться, потерять запал. Иногда, как, например, после предыдущей инаугурации Путина в мае 2012 года, так бывает. Но я бы не стал сейчас особо сильно рассчитывать на повторение этого сценария. «Все перемелется, будет мукой» - в приложении к нашей сегодняшней реальности эта формула станет пророческой только в том случае, если кто-то — прежде всего российская власть — приложит значительные усилия для того, чтобы поменять траекторию нашего политического развития. Политическая борьба в России вновь должна стать преимущественно политической, а не силовой. Политическая конкуренция вновь должна вернуться в легальное поле.
Все эти общие принципы понятны. Не понятно другое: как конкретно их можно применить в тех совершенно новых политических условиях, которые нежданно-негаданно образовались в нашей столице к заключительному месяцу лета 2019 года? Закончу тем, с чего я начал: очень боюсь, что моя фобия по отношениям к московским субботам в ближайшее время никуда не исчезнет.
Предстоящая суббота 10 августа, возможно - именно возможно, а не гарантированно — принесет нам некоторую передышку: намеченные на этот день массовые акции протеста согласованы с мэрией. Но общий прогноз развития моей фобии, судя по моим беседам с высокопоставленными российскими чиновниками, может носить только отрицательный характер. Во власти уверены: тот размах уличного противостояния, что мы видим сейчас — это только начало.
«Россия вступила в зону неизбежной политической турбулентности, - сказал мне один из самых видных соратников Владимира Путина. - Судя по митингу 27 июля, они осознанно отрабатывают уличные технологии. Они не заинтересованы в содержательном разговоре. Они осознанно готовятся к 2021 (момент новых выборов в Государственную Думу) и 2024 годам».
Как власть намерена реагировать на эту «осознанную отработку технологий уличной политической борьбы»? Примерно так же, как она это уже делает.
«Если власть будет принимать решения, исходя из степени громкости крика на улицах, это конец, - продолжил разговор мой уже упомянутый собеседник.- Не даю бог, мы прогнемся! Лучше сейчас вступить в этот конфликт, чем сделать это потом по какой-нибудь другой теме.
Да, конечно, во время недавнего общественного конфликта в Екатеринбурге власть не принимала таких жестких мер. Но на старте этого екатеринбургского конфликта власть была не сильно права и нашла в себе силы исправить свои ошибки. В Москве ситуация принципиально иная. Не допущенных к выборам кандидатов в депутаты Московской городской Думы невозможно зарегистрировать, не нарушая при этом закон».
Кто на самом деле «не сильно прав» в ситуации в Москве? Возможно, когда-нибудь обществу будет представлен исчерпывающий и абсолютно убедительный для него ответ на этот вопрос. Но вот чего я боюсь больше всего: к тому моменту, когда нечто подобное произойдет, эта убедительная для всех правда уже будет никому не нужна. Политические процессы имеют свойство развиваться либо очень медленно, либо очень быстро. Летом 2019 года мы столкнулись именно со вторым вариантом. Вариантом, суть которого сводится к тому, что в информационном плане условная команда Навального сумела с весьма солидным перевесом переиграть власть. Если бы на месте этой команды Навального была бы, допустим, команда Явлинского, этот выигрыш значил бы не очень много. Типичный российский оппозиционер — это человек, который может очень долго, красиво и убедительно о чем-то вещать, но который при этом абсолютно беспомощен в плане практической борьбы за власть.
Типичность этой картины убаюкала путинскую вертикаль, заставила ее потерять бдительность. Власть совершенно упустила из вида, что в плане практической политической борьбы условный Навальный не имеет с условным Явлинским ничего общего. Команду Навального можно много в чем обвинять — но только не в отсутствии политической безжалостности и в неумении изо всех сил ударить по уязвимому флангу противника.
Команду Навального нельзя недооценивать, к ней крайне опасно поворачиваться спиной. Путинская вертикаль это сделала — и сразу же получила по полной программе. Несистемная оппозиция сумела убедить серьезную часть общества в том, что ее под надуманным предлогом лишили элементарных политических прав. Несистемная оппозиция сумела сломать очень важное общественное табу: участие в несанкционированных уличных акциях протеста стало восприниматься многими как нечто социально приемлемое и даже необходимое.
Значение этого факта в десятки раз превосходит значение того, кто в конечном итоге займет кресла в новом составе столичного городского парламента. Фактически речь идет о смене всей логики политической борьбы в России. Значение выборов как инструмента борьбы за власть снижается. Значение уличного противостояния как того же самого инструмента, напротив, резко повышается. Если эта тенденция не будет вовремя остановлена, то в горизонте нескольких лет при условии резкого ухудшения экономической ситуации и политических ошибок со стороны власти мы можем вернуться в темные времена начала 90-х, кульминацией которых стал кровавый октябрь 1993 года.
Это, конечно, крайний сценарий, который, к счастью, вряд ли осуществится. Но даже то, что происходит сейчас, вызывает самое серьезное беспокойство. Если схватки на улицах между силовиками и протестующими станут нормой и обыденной чертой нашей действительности, то нормой станет и взаимное общественное ожесточение. Общество как единое целое перестанет существовать. Общество распадется на «мы» и «они». И это уже совсем не теоретический прогноз, который может либо осуществиться, либо не осуществиться. Все эти процессы уже запущены — вспомним хотя бы юного блогера, призвавшего в целях «торжества демократии» к нападениям на детей сотрудников силовых структур.
Конечно, волна силовой уличной политической активности может сама собой схлынуть - выдохнуться, потерять запал. Иногда, как, например, после предыдущей инаугурации Путина в мае 2012 года, так бывает. Но я бы не стал сейчас особо сильно рассчитывать на повторение этого сценария. «Все перемелется, будет мукой» - в приложении к нашей сегодняшней реальности эта формула станет пророческой только в том случае, если кто-то — прежде всего российская власть — приложит значительные усилия для того, чтобы поменять траекторию нашего политического развития. Политическая борьба в России вновь должна стать преимущественно политической, а не силовой. Политическая конкуренция вновь должна вернуться в легальное поле.
Все эти общие принципы понятны. Не понятно другое: как конкретно их можно применить в тех совершенно новых политических условиях, которые нежданно-негаданно образовались в нашей столице к заключительному месяцу лета 2019 года? Закончу тем, с чего я начал: очень боюсь, что моя фобия по отношениям к московским субботам в ближайшее время никуда не исчезнет.
Subscribe to:
Comments (Atom)